TimesHistory

Но утечка информации произошла. «Все держалось на слухах, и из них делался вывод, что больной Ленин выражал доверие Троцкому, дал ему какие-то важные в партийном отношении поручения и полномочия», - комментировал Н. Валентинов [8, T.6, c.400].

Письмо зачитали после смерти Ленина, на XIII съезде, причем не на пленарном заседании, а по делегациям, на руки его никому не дали. Каменев и Зиновьев защищали Сталина, Троцкий, потерпевший к тому моменту политическое поражение, не рискнул возражать. Сталин извинялся, говорил, что исправится.

В 1923 году Сталин пережил один из самых опасных моментов в своей политической карьере. Пока был жив Ленин, угроза потерять власть все еще сохранялась.

Стратегу Ленину генсек Сталин мешал. Но Троцкий не решался действовать в одиночку. Сталин понимал, что Троцкий остается в резерве Ленина, и необходимо как можно скорее ослабить его влияние. Таким образом, противостояние Сталин - Троцкий вышло на первый план.

«В стране, искони привыкшей к мысли, что во главе ее стоит царь, а со времени Октябрьской революции правит Ленин, естественно встал вопрос: кто же, какая личность его заменит», - отмечал Н. Валентинов [30, T.3, c.325]. И не только в стране, но и в партии нужен был царь. Уже давно в РКП(б) знали: не многие интеллектуалы; рискуют дискутировать с Лениным - он может принять их позицию, а может зло высмеять. На съезде партийный середняк проголосует за Ленина. А за кого голосовать теперь, чтобы не ошибиться? Для партийцев это был важный вопрос. «Правда» и другие издания сигнализировали - Троцкий. Масса карьеристов решила, что он-то и есть преемник. Старые соратники Ленина с ревностью смотрели на успех пришедшего «от меньшевиков»[5] и стремительно выдвинувшегося во время революции Троцкого. Но сделать пока ничего не могли.

На XII съезде Троцкий мог поставить любые вопросы, а опираясь на авторитет Ленина, - добиться смещения Сталина, подчинить аппарат кому-либо из своих людей. Однако он не воспользовался шансом, не предложил кадровых перемен, не настоял на переменах, предложенных Лениным, не повел делегатов за собой. Это был бы скандал, нарушение партийной дисциплины, но так делается история. А Троцкий предпочел кулуарные дрязги, аппаратные согласования.

Шанс на победу в борьбе за власть был у Троцкого лишь в этот момент. Но весной 1923 года Троцкий сам был не готов предложить альтернативу, потому что взгляды большевистских вождей были предельно близки. НЭП еще развивался более или менее благополучно. Разногласия снимались в рабочем порядке. Как интеллектуал, Троцкий был более терпим к разногласиям, чем Сталин, но в кризисной ситуации становился беспощадным и грубым, а Сталин в спокойной ситуации умел искать компромисс. Дело не в личных чертах. Понять сущность «альтернативы Троцкого» можно только на фоне кризиса НЭПа, кризиса стратегии Ленина, кризиса, который разведет большевистских вождей по разные стороны баррикад.