TimesHistory

Еще в Военно-морской академии внимание Николая Кузнецова привлекла трагическая гибель русской эскадры в Порт-Артуре. Он считал, что она могла бы обезопасить себя от внезапного нападения, убрав часть кораблей с внешнего рейда, рассредоточившись и выставив дозоры. Затем, служа командиром крейсера "Червона Украина" на Черноморском флоте, он разработал систему боевой готовности одиночного корабля, которая позволяла начать движение не через 4 часа после команды, а через 15-20 минут. На крейсере было начато соревнование "за первый залп", которое стало общефлотским и повысило боеготовность Черноморского флота. В 1936-37 годах, находясь в качестве военного советника в республиканской Испании, сражавшейся с испанскими фалангистами и немецкими фашистами, Кузнецов убедился в способности авиации наносить неожиданные мощные удары по кораблям. И на Тихоокеанском флоте, которым он командовал с 1937 по 1939 год, Кузнецов продолжал свою линию на повышение боеготовности.

Назначенный на должность наркома ВМФ в апреле 1939-го, уже в июне он подписал директиву о введении на флоте трех степеней готовности: "повседневной" (№ 3), "тревожной" (№ 2), по которой экипажи в полном составе находились на кораблях, корабли полностью укомплектовывались запасами, оружие готовилось к применению, усиливалась разведка, ускорялся ремонт кораблей резерва, и "боевой" (№ 1). По ней предусматривалось немедленное применение оружия. Два года до начала войны ВМФ СССР в боевой учебе отрабатывал эти оперативные готовности.

Несмотря на выговор Сталина за распоряжение сбивать неопознанные самолеты над базами ВМФ, 19 июня, за 3 дня до начала войны, нарком принял решение привести Балтийский, Черноморский и Северный флоты в готовность № 2. Главный морской штаб сообщил об этом наркому обороны С.К. Тимошенко и начальнику Генштаба Г.К. Жукову. Возражений не последовало, как и одобрения. Генштаб по своей линии таких мер не принимал. В истории российского флота это была первая, и удачная попытка разработать систему мер, обеспечивающих готовность к отражению внезапного массированного нападения. И вот наступил вечер 21 июня 1941 года

Вечером в кабинете зазвонил телефон . Около 11 вечера 21 июня 1941 года в кабинете наркома ВМФ зазвонил телефон. Вызывал к себе для важного сообщения нарком обороны. Через несколько минут Кузнецов с и.о. начальника Главного штаба ВМФ вошли в кабинет. Не ссылаясь на источники, Тимошенко коротко сказал, что возможно нападение Германии. Кузнецов спросил лишь одно - разрешено ли применение оружия для отражения нападения. Получив утвердительный ответ, он послал контр-адмирала В.А. Алафузова в Главный морской штаб дать указание флотам перейти к готовности № 1.

Позднее выяснилось: 21 июня около 17.00 нарком обороны и начальник Генштаба были вызваны к Сталину, где было принято решение о приведении войск в полную боевую готовность. Наркому ВМФ об этом не сообщили. В наркомате Кузнецов еще лично продублировал переданный приказ звонком командующим флотами. В журнале боевых действий Балтфлота записано: "23.37. Объявлена боевая готовность № 1". Северный флот принял приказ в 0.56 22 июня . Командующий флотом доложил, что флот перешел на оперативную готовность в 4.25. За это время базы, аэродромы, корабли успели подготовиться к отражению атаки.