TimesHistory

Благодаря своей хитрости Темучин был жив, и благодаря тому, что он делался все мудрее с годами, он становился центром, притягивающим к себе людей орды. В нем сочетались отвага и осторожность.5

Почти вся собственность Темучжина состояла из его лошадей. Однажды, когда восемь из них, в том числе легендарный мерин серебристо-белой масти, паслись возле юрты, степные грабители их угнали. Узнав о беде - для этих несчастных лишиться восьми лошадей значило погибнуть, - Темучжин вызвался немедленно отправиться на поиски мародеров. Он

Появился живой невредимый, со всеми восемью лошадьми, возвращенными его отвагой.

Темучжин уже достаточно поправил свои дела, чтобы задуматься о женитьбе. Он помнил, что ему, еще девятилетнему, отец сосватал Борте, дочь Дэй-сечена, вождя унгиратов.

В истории она известна как Борте Фуджин, императрица, мать четверых сыновей, которая впоследствии управляла владениями более обширными, чем Римская империя.

Женившись, Темучжин стал подумывать об усилении военной мощи рода. Для начала он послал Бельгутая за своим «другом» Боорчу, который взнуздал коня, бросил на седло свой серый войлочный плащ и помчался к юному вождю.

В этом новом для себя положении Темучжин уже ищет не только соратников, но и могучих союзников.1

На кереитов была определенная надежда у Темучжина – как на возможного союзника против их соседей тайчжиутов, сила которых в степи возрастала. Темучин со временем поступил на службу к Тогрул – хану, одному из самых влиятельных вождей монгольских племен того времени. Тогрул – хан был андой Есугея, и, кроме того, империя Цзинь даровала ему титул «ван» или «князь».2

Темучжин признает себя младшим партнером Тогорил – хана, которого величает «отцом», т.е. признает себя подручником – вассалом его. Темучжин с самого начала даже посылает ему в подарок доху из соболя. Другим союзником становится глава небольшого обока, подобного темучжинову, джатжират Чжамуха.

В свой первый визит ко двору своего, так сказать приемного отца Темучин не просил помощи у могущественных кераитов, и сам Тогрул напомнил ему о связывающих их узах.3

Но вскоре Темучин запросил поддержки у старого хана. Вражда в Гоби вспыхнула с новой силой. Неожиданно появился грозный враг – племя с северной равнины, которое напало на монгольский лагерь. Это были меркиты, или выходцы из района тундры, люди из «заснеженного белого мира». Это были во всех отношениях стойкие бойцы и соплеменники того воина, у которого отец Темучина украл Оэлун восемнадцать лет назад. По всей невероятности, они не забыли старой обиды. Они прискакали ночью, бросая горящие факелы в лагерь, где находился молодой хан. Темучин успел сесть на коня и своими стрелами расчистить путь к спасению, но Борте попала в руки нападавших. Не имея достаточно воинов для нападения на меркитов, Темучин направился к своему приемному отцу Тогрулу и попросил у кераитов помощи. Помощь ему была охотно представлена, и монголы скераитами при свете луны как снег на голову напали на лагерь агрессоров-меркитов.1

Через неделю или чуть больше объединенные войска, тысяч двенадцать воинов, пробираясь через путаницу гор в сторону озера Байкал, подошли к притоку Селенги, реке Хилок, на другом берегу которой находились стойбища меркитов.2