TimesHistory

Христианизация дала самый мощный импульс структурному обогащению удмуртского языка, что неизбежно влекло за собой дальнейшее развитие мышления удмуртов, приобщала к мировой культуре и цивилизации. Мировая религия утверждала идею государственной власти, так или иначе, готовя удмуртов к осознанию необходимости и собственной государственности, недоступной и непонятной для языческих групп.Таков в самом кратком, очерковом рассмотрении один из финно-угорских этносов северо-западного Приуралья. Издревле живя в географическом, этнокультурном цивилизационном пограничье, на стыке Европы и Азии, Великого Леса и Великой Степи, в ареале активного взаимодействия славянско-христианского и тюркско-мусульманского миров, удмуртам удалось сохранить свое имя, язык, свою древнюю самобытную культуру. Вместе с остальными народами они прошагали тысячелетний путь развития. За многие века они создали и развивают богатый, неповторимый самодостаточный комплекс этнокультуры, выработали свою сложную систему мироощущения и миропонимания. Вписались в мировую цивилизацию, пусть даже не всегда поспевая с ее пугающими темпами. Это негромкий и даже тихий народ. Он никому не объявлял войны, никого не покорял, не завоевывал. По-крестьянски много и основательно трудился. Жил, как мог, на своей не очень богатой земле. https://светодиодные-экраны.рф купить Лед экран для сцены.

Развитие удмуртского этноса, как и всех народов нашего многострадального Отечества, в новейшее время характеризуется большой сложностью и противоречивостью. Коренной перелом в жизни удмуртов произошел в 1917 г., вернее в 20-30-е гг., когда в результате коллективизации исторически в одночасье был нарушен вековой неспешный темпоритм жизни удмуртского крестьянского мира, стали ломаться традиционные устои, деформироваться система жизнеобеспечения, духовная и материальная культура. Искусственно, порой и насильственно осуществлялись ускоренные масштабные социально-экономические преобразования, ложившиеся часто непомерным бременем на удмуртского крестьянина. Трудности мирной жизни многократно усилились тяготами и лишениями военного времени. Помимо Гражданской и Великой Отечественной войн, велась непонятная для большинства народа «внутренняя война», когда в результате массовых репрессий гибли лучшие представители народа: так под корень была уничтожена почти вся только-только нарождающаяся удмуртская интеллигенция. В результате труднейших испытаний удмуртский этнос тяжело заболел: истощились физические и духовные силы народа, появились безверие и неверие в перспективы развития, этнический нигилизм, социальная апатия, уход в пассивные формы протеста (алкоголизм, печально знаменитый феномен удмуртского суицида) и т. д. Однако в последнее время появились надежды на лучшее.