История — наставница жизни

История вынуждена повторяться, потому что в первый раз мы обращаем на нее слишком мало внимания. История учит нас, что она никого ничему не учит. История, по-видимому, только тогда и нравится, когда представляет собою трагедию, которая надоедает, если не оживляют ее страсти, злодейства и великие невзгоды.

Празднества в период Термидора и Директории
Страница 1

Знакомство с разного рода праздниками, проведенными в период Термидора и Директории, дает впечатляющую картину того, как постепенно выдыхается праздничный ритуал, как из него уходят истинно народные черты, как трансформируется его стилистика. Из трех главных действующих лип, игравших ведущую роль в проведении праздников II года Республики, на художественной арене после Термидора остался лишь М.-Ж. Шенье. Намеченный на 10 термидора праздник в честь перенесения в Пантеон останков юных героев Бара и Виала не состоялся — в этот день казнили Робеспьера. Как это ни парадоксально, первый праздник после термидорианского переворота был посвящен Марату. Новое правительство фактически к нему было мало причастно, так как решение о почестях Пантеона для Марата было принято в начале II года. 21 сентября 1794 г. кортеж с останками Марата двинулся к Пантеону. Конвент не участвовал в нем. Тем не менее, зрелище было внушительным. Народ помнил Марата и любил. Люди охотно пели песни, шли за колесницей, неся эмблемы и цветы[35]. За перенесением останков Марата в Пантеон последовала церемония перенесения туда останков Руссо. Напомним, что Руссо был одним из кумиров революции. В столице и провинции устанавливались его бюсты, проводился конкурс на его статую, руссоистские идеи воплощались при оформлении празднеств и т. д. Конвент принял решение о перенесении останков Руссо в Пантеон еще 14 апреля 1794 года. 11 октября 1794 года это постановление было осуществлено. Руссо был похоронен в Эрмсионвилле на острове. За два дня до церемонии его останки перевезли в Париж и поместили на искусственном острове посередине пруда в Тюильри[36]. О том, как выглядел этот остров, дают представление картины художника Гюбера Робера, запечатлевшего остров при дневном и вечернем освещении. «Вечерний» вариант настраивает на романтический лад: трепещут отсветы факелов, освещающих кенотаф, из полумрака выступает вода и несколько людских фигурок. Заметим, что, как и другие временные сооружения (арки, горы, рощи, колонны), остров Руссо был создан с невиданной дотоле быстротой. При проведении ритуала перезахоронения очень существенную роль играла музыка Госсека. В шествии участвовали представители естественных наук, ремесленники с орудиями своего труда и многие другие. Замыкал кортеж Конвент, которому предшествовала колесница со статуей Свободы. Участники церемонии несли тексты Декларации прав человека и гражданина[37]. Церемонии перенесения праха героев и вдохновителей революции стоят особняком в ряду праздников. Такие мероприятия подчеркивают роль и место перечисленных деятелей в новой революционной идеологии. Можно даже утверждать, что эти герои – новые святые новой религии.

Праздники претерпевали изменения, прежде всего в своем внешнем оформлении. Уже церемония перенесения останков Руссо, а особенно последовавшие за нею празднества продемонстрировали изменения в художественном оформлении торжеств. То, что Давид долгое время был ведущим при организации празднеств, накладывало на них свой отпечаток. Художник неизменно придавал большое значение всякого рода пространственным зрительным ориентирам (аркам, колоннам, пирамидам, алтарям), широко использовал скульптуру, органично связывал с изобразительными элементами надписи. С устранением Давида от оформления празднеств эти элементы стали постепенно исчезать, как исчез незаметно без каких-либо специальных решений культ Верховного существа. Некоторые сооружения, эмблемы стали сознательно уничтожаться, потому что их существование было признано вредным. Так, скажем, была разрушена Гора на Марсовом поле, как символ надменности и чванства, и на ее месте снова появился Алтарь. В 1795 г. (не прошло и года со времени пантеонизации Марата) начали исчезать разбиваемые бюсты «друга народа». Термидорианский Конвент поспешил откликнуться на это самоуправство и постановил . выбросить, рассеяв их по ветру, останки Марата. Вскоре после «триумфа» Руссо при обсуждении плана проведения национальных и декадных праздников в Конвенте выступил М.-Ж. Шенье. Настроенный враждебно против Робеспьера и Давида Шенье, признавая необходимость праздников, резко высказался по поводу тех праздников, которые прошли во II году республики. Он говорил о торжествах, «перегруженных гражданскими тряпками и претенциозными лохмотьями», о «мелочной регламентации», утверждал, что «декрет — не картина»[38] и т. п. Приводящий эти слова Ж. Тьерсо замечает, что Шенье верно подметил некоторые слабые стороны давидовских идей. Но, отвергнув давидовские начинания, термидорианцы отвергли и «все, что в этих концепциях заключалось величавого и истинно художественного». С этих пор художественная сторона праздников неуклонно падает. Если церемонии перенесения останков Марата и Руссо тяготели к эпохе Робеспьера и Давида, то праздник Побед, прошедший 21 октября 1794 года, был, как замечает Озуф, чисто термидорианским[39]. Военные экзерсисы на Марсовом поле, марш к Храму Бессмертия, где были сложены трофеи, начертанные па стенах пирамиды названия армий — все это придавало празднику подчеркнуто военизированный характер. Однако, праздники-парады имели место и в якобинский период. Как пишет Ж.Тьерсо в праздничных манифестация на улицах Парижа «…певцы и военная музыка сменяют друг друга, … присоединяя звуки величественного гимна и голос пламенной веры к героическим призывам военного оркестра»[40]. Надо сказать, что на 1794—1798 гг. приходятся выдающиеся успехи республиканских армий. Они кружат головы, вызывают неподдельный энтузиазм, но в тоже время оттесняют на второй план политические праздники вроде праздника в честь взятия Бастилии или дня провозглашения республики.

Страницы: 1 2

Чехия
Тридцатилетняя война (1618–1648) нанесла серьезный ущерб. Во время военных действий многие города были разорены, а те, которые уцелели, находились в упадке. В политическом отношении чешские города были совершенно бесправны. Городское самоуправление сохранилось лишь формально. Вся полнота власти в городах б ...

Избирательные реформы XIX века
Самая характерная особенность всех английских реформ - это постепенность. Реформа 1832 года, как и все английские реформы, не может быть названа радикальной, о чем свидетельствуют ее главные установления. Избирательная реформа 1832 года отказалась от представительства корпорации и перешла к территориальном ...

Николай I: политика репрессий и бюрократического реформаторства.  Внутренняя политика при Николае I.
Дело декабристов имело для молодого государя, как и для всего госу­дарства, громадное значение. Оно оказало огромное влияние на всю правительственную деятельность императора Николая и очень отразилось на общественном настроении его. Император Николай I во все свое царствование помнил "своих друзей 14-г ...