TimesHistory

В декабре 1920 г. мировую и русскую эмигрантскую печать обошли сообщения о первой попытке подсчета численности эмигрантов из России, предпринятой Американским Красным Крестом на основании сообщений государственных и общественных организаций. На 1 ноября 1920 г. число бывших российских граждан было определено в 1 млн. 194 тыс. человек. 130 тыс. военных и гражданских беженцев врангелевской "волны" довели эту цифру до 2 млн. 92 тыс. человек. Разведорганы Красной армии неизменно включали эти данные в сводки, в том числе и те, где содержалась наиболее важная и достоверная информация, предназначенная для высшего военно-политического руководства страны. Очевидно, В.И. Ленин, стоявший первым в списке рассылки разведсводок Полевого штаба РВСР, приводя в своих выступлениях данные о двухмиллионной численности русских эмигрантов, пользовался именно этим источником.

Количество российских эмигрантов в Константинополе и прилегающих к нему районах постоянно менялось. Самая состоятельная их часть в течение одной - двух недель, быстро получив визы и купив билеты, уехала в Европу. В Константинополе остались прежде всего малоимущие и неимущие, а также офицеры, казаки и солдаты Русской армии, обладавшие лишь казенным обмундированием и оружием. Одновременно началась стихийная реэвакуация. В Россию устремились крестьяне и пленные красноармейцы, захваченные общим эвакуационным потоком или силой удержанные в строю, солдаты и даже офицеры, кто не был тесно связан с белой армией и считал, что не может опасаться репрессий со стороны советской власти. С декабря мелкие партии возвращавшихся высаживались в различных пунктах Черноморского и Азовского побережья, от Одессы до Новороссийска. К концу февраля 1921 г. морским путем, а также через Румынию на территорию России и Украины возвратилось до 5 тыс. человек.

Расселение русских эмигрантов по Балканским государствам проходило следующим образом:

Общее количество войск и беженцев крымской эвакуации составляет 20 388 человек (по данным русского командования на 5 апреля 1921 г.).

В городе резко обострились продовольственная и жилищная проблемы, безудержно росли цены, возникла угроза массовых эпидемий. Центрами эмигрантской жизни стали здания российского посольства, представительства Российского общества Красного Креста, Всероссийского земского союза и Всероссийского союза городов. Все эти учреждения были центральным нервом всей жизни беженцев в Константинополе. Если кто желал что-нибудь узнать, навести справку, разыскать знакомого, найти или предложить работу,- все шли сюда со всех концов города.

Далеко не всем удавалось находить работу, даже временную, самую тяжелую, за самую мизерную плату. Наиболее предприимчивые и удачливые, вывезя из Крыма некоторые средства и сохранив нужные связи, открыли множество ресторанов, кафе, клубов и увеселительных заведений

Беженцы, потерявшие последнюю надежду выжить, имели возможность попасть в лагеря, где союзниками выдавались продовольственные пайки и старое военное обмундирование. Однако жизнь там была сопряжена с выполнением тяжелых работ по нарядам и моральными унижениями, которым попавшие в лагерь подвергались как со стороны колониальной охраны, так и русских комендантов и их помощников.