TimesHistory

К концу 1942 года напряжение в борьбе на советско–германском фронте достигло своего апогея. Союзники по антигитлеровской коалиции приступили к согласованным действиям, их ощутимые поставки положительно сказывались на советском производстве, оснащали Красную Армию современной техникой[2]. Эти факторы, а также эйфория после грандиозной катастрофы немецких войск под Сталинградом позволили советскому командованию перейти в наступление.

Масштабный и впечатляющий успех под Сталинградом породил грандиозные планы советского командования. В начале января 1943 года в советской Ставке был разработан новый план развития дальнейшего наступления. Предполагалось начать широкомасштабные наступления на всем фронте – от Ленинграда до Кавказа. Казалось, что достаточно будет еще одного мощного удара и фронт противника окончательно рухнет, начнется его беспорядочное бегство.

Наиболее перспективным в плане наступления был южный фланг советско-германского фронта. Практически одновременно начались подготовка и проведение Воронежско-Харьковской и Северо-Кавказской фронтовых операций.

В верхнем течении Дона Ставка планировала освободить Харьковский промышленный район. При почти равном соотношении в живой силе советские войска превосходили противника в количестве таноков, тем не менее, уступая в авиации. Не стоит забывать и о мощных резервах, имевшихся в распоряжении советского командования[3]. Такой перевес в силах позволял уверенно планировать масштабные операции и рассчитывать на успех. Ставка планировала нанести главный удар по южному флангу немецкой группировки, где были сосредоточены дивизии союзников (боеспособность которых значительно уступала дивизиям вермахта) Германии. Планировалось, ударив по позициям итальянских и венгерских дивизий, быстро прорвать оборону и окружить всю группировку. При этом советское командование учитывало ошибки и просчеты Сталинградского наступления: чтобы предотвратить возможность создания в котле окружения прочной обороны, с самого начала планировалось нанести один рассекающий удар. Командование фронта шло на риск концентрации сил, ослабляя второстепенные участки. В результате тщательной маскировки нападение было внезапным.

Оно началось 12го января, а уже 27го операция была успешно завершена. 15 дивизий противника были разгромлены в районе Россоши; колонны пленных тысячами потянулись на восток, зачастую без всякой охраны.

Следующим шагом советского командования на этом фронте стал удар в районе Воронежа. План операции предусматривал удар по сходящимся направлениям армий Воронежского фронта с юга и Брянского фронта с севера. 24-25 января 1943 г. армии двух советских фронтов перешли в наступление. Войсковые эшелоны противника уже покидали город Касторное, когда танки 118 бригады подполковника Л. К. Брегвадзе не дали им уйти, ворвавшись на железнодорожную станцию. Началась невообразимая паника, танкисты огнем в упор расстреляли паровозы. Окруженная группировка была ликвидирована.

Но здесь советское командование начало допускать ошибки. Видимо, наступило «головокружение от успехов». Было приказано продолжать наступление, не снижая темпов. Однако армия была не в силах создать сплошной фронт окружения котла в районе Касторное. Результатом явилось успешное бегство шести немецких дивизий, которые в последствии соединились с главными силами противника.