Нигилизм
Нигилизм как форма самосознания русской интеллигенции есть идея тотального отрицания. Сформировавшись как слой безродный, бескорневой, лишённый мало-мальского понятия о настоящей духовной жизни, но наделённый безмерной интеллектуальной гордыней, интеллигенция стала главным разрушителем традиционных ценностей русской жизни. Нигилизм явился закономерным итогом отщепенчества "образованного" слоя России от основ подлинно русского мировоззрения. При этом нравственное убожество нигилизма, отвергавшего вообще всякую независимую этику и мораль, подменявшего моральные категории началами "пользы" и "удовольствия" — ничто перед жутью его практического применения.
Возрастая в лоне западничества, нигилизм воспринял в себя его худшие черты. Появившийся на исторической сцене разночинец (точнее сказать — "бесчинец", лишённый традиционных сословных связей в жизни) придал явлению ещё более дикие формы. Началась, по меткому выражению протоиерея Георгия Флоровского, "роковая болезнь — одичание умственной совести". "Человеческая личность шире истины
" — это безумное утверждение "народника" Михайловского становится определяющим характер времени. Утрачивается сама потребность в Истине, теряется познавательное смирение перед действительностью, и в безбожной "свободе" человек являет собой жалкую картину средоточия разрушительных и гибельных страстей.
Всё было бы не столь ужасно, если бы вождями нигилизма остались люди, подобные Чернышевскому и Добролюбову: недоучившиеся семинаристы, разгневанные разночинцы и разочаровавшиеся поповичи (а оба кумира "передовой общественности" вышли из духовного сословия) не являли собой серьёзной опасности. Убогость их мировоззрения и скудость творческих возможностей вскоре породили бы ответную реакцию (что, кстати, и случилось, когда в конце века интеллигенция ударилась в богоискательство). Но, к несчастью, дело этим не кончилось, и нигилизм стал страшным орудием в руках настоящих изуверов-фанатиков.
Эти люди не строили никаких иллюзий. Они видели зло, всемерно потворствовали и сознательно служили ему. "Страсть к разрушению есть творческая страсть", — слова Михаила Бакунина говорят сами за себя . Нужно зажечь мировой пожар, разрушить старый мир, а для этого все средства хороши. Россию расчётливо и цинично звали к топору, предполагая (весьма основательно, как показала история) в хаосе страшного русского бунта достичь своих целей.
Вмешательство иностранных колонизаторов
Вожди ихэтуаней проводили в тот период по отношению к иностранцам тактику "устрашения", требовали их ухода из Китая, угрожая в случае невыполнения этого требования свирепой расправой, однако воздерживались от открытых нападений. Несмотря на это, дипломаты империалистических держав обвиняли повстан ...
Раздор с церковью
Начавшиеся казни вызвали резкий протест со стороны высшего духовенства. Митрополит Филипп посетил царя и долго беседовал с ним наедине. Убедившись в тщетности увещаний, он выждал момент, когда царь со всей своей свитой явился на богослужение в кремлевский Успенский собор, и при большом стечении народа пр ...
Культура Киевской Руси
Восточные славяне, в отличие от многих народов Европы, не получили прямого культурного наследия древнего мира. Но от эпохи первобытности они унаследовали и богатый словарный запас, и мифологию. Некоторое влияние на славян оказали в древности соседние скифы и посещаемые славянами с торговыми целями греческие ...