История — наставница жизни

История вынуждена повторяться, потому что в первый раз мы обращаем на нее слишком мало внимания. История учит нас, что она никого ничему не учит. История, по-видимому, только тогда и нравится, когда представляет собою трагедию, которая надоедает, если не оживляют ее страсти, злодейства и великие невзгоды.

 Начало «холодной войны» в отечественной историографии
Страница 1

Официально началом «холодной войны» в отечественной историографии принято считать 5 марта 1946 г., когда Уинстон Черчилль произнес ставшую знаменитой речь в Фултоне. Там он впервые за шесть лет «дружбы» с СССР открыто высказал опасения, которые не давали покоя западным политикам: «Никто не знает, что Советская Россия и ее международная коммунистическая организация намереваются сделать в ближайшем будущем и каковы пределы, если таковые существуют, их экспансионистским и верообратительным тенденциям… Я не верю, что Советская Россия жаждет войны. Она жаждет плодов этой войны и неограниченного расширения своей власти и идеологии». Фултоновская речь Черчилля традиционно считалась в Советском Союзе не только началом, но и причиной «холодной войны»: не начни Запад конфронтации, всё было бы хорошо. Однако это мнение историков не является бесспорным, например, его не разделяют реальные участники событий тех лет. Вот свидетельство более чем компетентного человека, генерала Павла Судоплатова – основателя диверсионной и террористической службы НКВД, с начала лета 1945 г. руководителя отдела «Ф» НКВД СССР, в задачи которого входила работа на оккупированной территории, а с августа – руководителя отдела «С», занятого добычей западных атомных секретов. Судоплатов ведал заграничной разведкой и разведывательным обеспечением внешнеполитических акций Сталина. После смерти Берии был арестован и отсидел 15 лет. Изданные в конце 90-х гг. мемуары Судоплатова – редчайшая книга. На старости лет он относился без особой сентиментальности и симпатии к режиму, которому служил в качестве главного террориста, поэтому в мемуарах он редко когда пытается лгать и довольно часто называет вещи своими именами. Из его коллег-сослуживцев, кажется, никто не оказался способен на такое (если не считать беглецов за границу).

Судоплатов довольно хладнокровно пользуется иногда крайне болезненными для советского исторического сознания формулировками. Например, он прямо указывает на двусмысленность содержания Ялтинских и Потсдамских соглашений и их сходство с пактом Молотова–Риббентропа: «Сталина ожесточенно критикуют за то, что он предал принципы и нормы человеческой морали, подписав пакт с Гитлером. При этом, однако, упускают из виду, что он подписал с Рузвельтом, Черчиллем и Трумэном (Ялта, Потсдам) тайные соглашения и протоколы о разделе Европы, выдаче Советскому Союзу эмигрантов и перемещенных лиц, искавших убежище на Западе от советского режима». Судоплатов был не только свидетелем, но и прямым организатором «холодной войны». Он пишет: «Принято считать, что Холодная война началась с известной речи Уинстона Черчилля в Фултоне… Однако для нас конфронтация с западными союзниками началась сразу же, как только Красная Армия вступила на территорию стран Восточной Европы. Конфликт интересов был налицо. Принцип проведения многопартийных выборов на освобожденных землях и формирование коалиционных правительств (с фактической ориентацией на Запад), как предложил в Ялте президент Рузвельт, мог быть приемлем для нас лишь на переходный период после поражения гитлеровской Германии. Я помню замечания, сделанные министром иностранных дел Молотовым и Берией: коалиционные правительства в Восточной Европе долго не протянут».

Чисто тоталитарный механизм управления послевоенной Европой был разработан Сталиным задолго до фултоновской речи Черчилля, в самый разгар демонстративной дружбы с союзниками. Над западными надеждами – вернуть в Польшу и Чехословакию находившиеся в изгнании правительства и организовать там демократические выборы – в Москве откровенно смеялись. Судоплатов: «Требования Рузвельта и Черчилля, выдвинутые в Ялте, показались нам крайне наивными: с нашей точки зрения, состав польского послевоенного правительства будут определять те структуры, которые получали поддержку со стороны Красной Армии»[3].

Страницы: 1 2 3

Соотношение прав и законов исполнительной и судебной властей
Несомненно, на протяжении всего периода исполнительная власть имела преимущество над судебной сластью. Исполнительная власть имела право на издание различного рода подзаконных нормативных правовых актов обязательных для судебной власти и зачастую они применялись подменяя собой законы. Не о какой объективнос ...

Налоговая система при Иване III
В ходе правления Ивана Васильевича произошло объединение значительной части русских земель вокруг Москвы и её превращение в центр общерусского государства. Было достигнуто окончательное освобождение страны из-под власти ордынских ханов; принят Судебник – свод законов государства, и проведён ряд реформ, зал ...

Проблемы христианизации. Крещение удмуртов
Проникновение в удмуртский край христиан, а, следовательно, вместе с ними и христианской цивилизации шло в основном вдоль двух крупных водных магистралей – Камы и Вятки. Уже в XII веке здесь появились единичные христиане. Они селились починками из одного-двух дворов среди удмуртских деревень, в которых было ...