TimesHistory

Атмосфера в Тегеране стала настолько зловещей, что английским дипломатам надо было принимать срочно ответные меры для противодействия мощному советскому дипломатическому наступлению. Письмо Ленина шаху, буквально, наэлектризовало обстановку в стране и грозило обернуться против англичан крупными политическими неприятностями. Ситуация усугублялась опасностью превращения Ирана в коридор проникновения в Индию советской пропаганды. Линия индийских железных дорог в 1915 г. была доведена до Захедана, находящегося на территории Ирана, и отсюда могла быть начата советская пропагандистская атака против английского владычества в Индии. Страх за свои индийские владения, доходящий до параноидальной болезни "русской угрозы", заставил английский кабинет поручить лорду Керзону выработать новую концепцию азиатской политики для осуществления, в первую очередь, в Иране.

План преобразования Ирана должен был быть направлен на осуществление экономических, политических и военных реформ с тем, чтобы сделать страну полезным партнером Англии в Азии. В британских дипломатических кругах, однако, справедливо опасались, что обычная процедура таких реформ могла дать основание для вмешательства Франции и США, которые, разумеется, воспользовались бы удобным случаем для китаизации Ирана с принципом "равных возможностей" и "открытых дверей". Англия должна была действовать осторожно, чтобы проведенные реформы дали ей возможность занять верховное положение во всех сферах экономической, политической и социальной жизни страны.

К великому огорчению президента США В. Вильсона, иранская делегация не была допущена на Версальскую конференцию. Британская делегация ссылалась на то, что иранские представители участвовали в брест-литовских переговорах на стороне Германии и по их совету в договор был включен VIII пункт, который требовал вывод российских войск с территорий других государств. Но главное заключалось не в этом. Иран представил программу требований, которая вызывала резкое возражение Ллойд-Джорджа. Они предусматривали расширение границ Ирана. На севере Амударья должна была быть признана его границей в Центральной Азии. На западе в состав Ирана включался Мосул и границы достигали Евфрата. Иранские правители, вдохновленные ослаблением России и ее уходом из Ирана, пытались воссоздать древнее сасанидское государство и стать суверенным, независимым влиятельным государством. Это было как раз то, чего не могла допустить Англия.

Вместо этого абсурдного амбициозного проекта английские дипломаты предложили заключить англо-иранский договор. В Тегеран был направлен опытный английский дипломат Перси Кокс, прослуживший долгие годы в Персидском заливе. Как и все английские офицеры, служившие в Иране, он блестяще владел персидским и арабским языками и был знаком практически со всеми влиятельными политическими деятелями в Иране и социальной элитой в Тегеране.

Неясно, каким образом ему удалось склонить иранских государственных деятелей к подписанию договора, и какими мотивами руководствовались иранские политики при его подписании - это, вероятно, так и останется навсегда тайной. Но, несомненно, дело не обошлось без крупной взятки. Коррумпированность иранских высших чиновников всегда использовалась и английскими, и предпринимателями и политиками и дать взятку премьер-министру или министру иностранных дел, чтобы добиться соглашения по какому-либо вопросу, считалось проявлением уважения или элементарной вежливости.