История — наставница жизни

История вынуждена повторяться, потому что в первый раз мы обращаем на нее слишком мало внимания. История учит нас, что она никого ничему не учит. История, по-видимому, только тогда и нравится, когда представляет собою трагедию, которая надоедает, если не оживляют ее страсти, злодейства и великие невзгоды.

Польша и заключение Советско-германского пакта о ненападении
Страница 2

23 августа в Москву на переговоры прибыл Риббентроп во главе делегации из 37 человек. Визит готовился в невероятной спешке– один из самолетов делегации был даже обстрелян по ошибке в районе Великих Лук советскими средствами ПВО. Переговоры проходили очень успешно. В считанные часы стороны достигли соглашения по всем обсуждавшимся вопросам; при этом германский министр согласовывал все свои действия по телефону с Гитлером. Сталин лично вносил правки в подготовленные тексты будущего договора и специального протокола о сферах внешнеполитических интересов договаривающихся сторон. Так он вычеркнул из текста преамбулы договора цветистые фразы о германо-советской дружбе, написанные Риббентропом. Окончательный текст был подписан 24 августа в 2 часа 30 минут, однако датой договора оставили 23 августа. За его основу был взят советский вариант, изменения в которой вносились по ходу переговоров. С советской стороны пакт подписал Молотов, с германской– Риббентроп. Положения пакта не выходили за рамки стандартных договоров о ненападении. СССР и Германия не только договорились не нападать друг на друга, но и соблюдать нейтралитет в случае нападения третьей державы. Договор заключался на 10 лет, с возможной автоматической пролонгацией на последующие пять лет. К договору был приложен секретный дополнительный протокол о разграничении сфер обоюдных интересов сторон в Восточной Европе. К сфере интересов СССР были отнесены Финляндия, Эстония, Латвия, а также румынская Бессарабия. Территории Польши делилась на сферы по линии рек Нарев, Висла Сан. Территория восточнее этой линии включалась в сферу советского влияния, западнее– в сферу влияния Германии. К зоне германского влияния была также отнесена Литва. Благодаря этому соглашению Советский Союз добился признания своих интересов в Восточной Европе со стороны великой европейской державы. Москве удалось ограничить возможности дипломатического маневрирования Германии в отношении Великобритании и Японии, что во многом снижало для СССР угрозу общеевропейской консолидации на антисоветской основе и крупного конфликта на Дальнем Востоке, где в это время шли бои на Халкин-Голе с японскими войсками. Конечно, за это Москве пришлось взять на себя обязательства отказаться от антигерманских действий в случае возникновения германо-польской войны, расширить экономические контакты с Германией и свернуть антифашистскую пропаганду. Примечательно, что, получив рано утром 24 августа донесение от Риббентропа об успехе его миссии, Гитлер вскричал: «Теперь весь мир у меня в кармане!»[41]

Решение Советского Союза заключить соглашение о сферах влияния с нацистской Германией основывалось на трех факторах. Во-первых, потерпели неудачу англо-франко-советские переговоры в середине августа 1939 г. по созданию тройственного союза против Германии. Во-вторых, Москва предпочитала нейтралитет в надвигавшейся войне Германии и Запада за Польшу. В-третьих, предлагалось обеспечить безопасность за счет ухода Германии из балтийских государств и восточной Польши. При детальном рассмотрении хода переговоров, приведших к заключению пакта, также очевидно, что эта коренная переориентация советской внешней политики была предпринята в результате принятия в спешном порядке специального решения. Сталин и Молотов, не будучи уверенными в выгодах, которые Советский Союз в будущем приобретет от заключения менее чем удовлетворительного тройственного союза с западными державами, в последний момент выбрали то, что сулило в ближайшее время наибольшую безопасность и возможности защиты для СССР.

Решение Советского Союза о заключении пакта с нацистской Германией, конечно, имело идеологическую подоплеку. Сильные подозрения Сталина и Молотова относительно политики западных держав усугублялись доктриной капиталистическо-империалистической угрозы СССР. Подписание пакта с прежним врагом сопровождалось идеологическими изменениями; например, для Коминтерна это означало отказ от проводившейся в 1930-е гг. антифашистской политики народных фронтов (по крайней мере, на время). Само решение, однако, базировалось на представлениях и расчетах, в которых идеология играла лишь незначительную роль. Более того, принимая эту линию действий, Сталин и Молотов, кажется, не имели ясного представления о ее точных практических результатах. Они выяснились только после быстрого захвата Германией Польши в начале сентября 1939 г. В ответ Москва решила вторгнуться в свою сферу влияния в Польше и занять ее, а впоследствии включить Западную Белоруссию и Западную Украину в состав СССР[42].

Обе стороны подписание пакта Молотова- Риббентропа считали своей удачей. С точки зрения Гитлера, пакт открыл дорогу войне с Польшей и исключил участие в ней Великобритании и привлек СССР на сторону Германии. Гитлер был доволен Риббентропом и даже назвал его «вторым Бисмарком» [43]. Фюрер внимательно выслушал отчет Риббентропа о поездке в Москву, о встрече со Сталиным.

С точки зрения Сталина, договор отодвинул участие СССР в европейской войне и подтолкнул войну «межимпериалистическую». Пакт Молотова–Риббентропа в течение многих десятилетий находится в центре внимания отечественной и зарубежной историографии. В западной историографии, как и политических кругах Великобритании и Франции, господствует убеждение, что советское руководство в конце 30-х гг. отказалось от курса на коллективную безопасность и предотвращение войны. Политическая сделка между Сталиным и Гитлером, зафиксированная пактом Молотова-Риббентропа, способствовала началу второй мировой войны. Высказывалась и другая точка зрения на события 1939 г. В частности, Черчилль был склонен объяснять заключение пакта Молотова–Риббентропа провалом внешней политики западных стран. Сталин, по мнению Черчилля в преддверии войны стремился улучшить стратегические позиции СССР, действовал расчетливо и реалистично, без оглядки на идеологию[44]. Г. Киссинджер, развивая мысль Черчилля, причины провала государственных деятелей Запада связывал и их идеологической зашоренностью. Западные политики считали, что идеологическая враждебность исключит практическую возможность сотрудничества между коммунистами и фашистами. Сталин же не считал фашизм непреодолимым препятствием к сотрудничеству с Гитлером. Пойдя на подписание пакта Молотова-Риббентропа, он продемонстрировал «Realpolitik» в интересах СССР[45].

Страницы: 1 2 3 4 5 6

Образование государства Израиль. Исламский фактор в палестинском движении в период с 1948 по 1986. Создание государства Израиль. Начальный этап арабо-израильского противостояния
Первая специальная сессия Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций начала свою работу по рассмотрению вопроса о Палестине 28 апреля 1947 года. Арабские страны (Египет, Ирак, Ливан, Саудовская Аравия и Сирия) представили широкую аргументацию в поддержку своей просьбы о проведения прений по сущес ...

Основные направления внешней политики
Во внешнеполитической области Кеннеди как президент начал с провала, а закончил тем, что с течением времени могло стать крупнейшим достижением в послевоенных международных отношениях. Провалом стала попытка вторжения в апреле 1961 года на территорию коммунистической Кубы с использованием кубинских эмигранто ...

Внешняя политика Петра 1. Северная война (1700-1721гг.).
Петр 1 активно путешествовал, узнавал нравы и обычаи других стран. После Великого посольства южное направление внешней политики России меняется на северное. Вслед за союзниками (Австрия и др.) Петр начинает переговоры с Турцией об окончании войны. Ведущие западные державы— Англия, Австрия, Франция, Нидерлан ...