TimesHistory

В конце 1930-х, после "мюнхенского сговора", Сталин знал: западные державы пытаются столкнуть Германию и СССР, канализировать гитлеровскую агрессию на восток, поэтому предполагал, что сообщения о скором нападении Германии, которые стали поступать к нему в начале 1940-х годов, - одна из операций по дезинформации, которые были распространены тогда. С другой стороны, было ясно, что война неизбежна. Поэтому желательно оттянуть ее начало, выиграв время для укрепления обороны. В связи с этим он запрещал военным все действия, которые Германия могла бы использовать как повод к нападению.

Несмотря на это, 3 марта 1941 года нарком ВМФ Кузнецов дал указание морским силам открывать огонь по иностранным самолетам, которые все чаще стали появляться над базами ВМФ. Кузнецов понимал: немцы фотографируют базы. Его задачей было - сберечь флот от первого удара. В том, что будет война, он не сомневался.

Для такого решения надо было обладать недюжинной смелостью. Вождь был крут на расправу. Но понимавших, что война неизбежна, было много, смевших противоречить Сталину - единицы. Ситуация была такова, что наркомат обороны предоставил морякам самим готовиться к войне, зная, что Сталин лично занимается строительством "большого флота" и вмешиваться в его дела опасно. При этом Сталин не любил выслушивать бесконечные просьбы наркома о решении флотских проблем. Поэтому флот оказался предоставленным сам себе, а молодой нарком приобрел самостоятельность в принятии решений.

Сталин вызвал Кузнецова, объявил ему выговор и приказал отменить решение. Однако это не помешало адмиралу, рискуя головой, продолжить "провокационные действия" по мобилизации флота.