TimesHistory

Царствование Павла, на первый взгляд, выбивалось из общего течения русской истории XVIII столетия; обозначился разрыв с предшествующей традицией — разрыв, во многом объяснимый новыми условиями, новыми вызовами времени, и внешними, и внутренними. Существует, однако, вполне очевидная преемственная связь между деятельностью Павла и Петра Великого. Многие историки — вслед за Ключевским — говорят и о другой линии преемственности, протянутой из павловского времени в XIX столетие.

Итак, Павел был заинтересован не только в укреплении своей личной власти, но и в усилении всей державы. Для него было совершенно неприемлемо реформирование государства екатерининскими методами. Император воспринимал либерализм матери как нечто опасное. Естественно, Павел не хотел повторения пугачевщины, а именно политику Екатерины он считал причиной и предпосылкой разрушительного восстания.Реформы Павла проводились скорее по тем же методам, согласно которым действовал в свое время Петр Великий. Самодержавная крепкая власть являлась инструментом реформирования. Значит, чтобы подготовить базу для преобразований, было необходимо власть укрепить.Екатерина правила Российской империей в течении 34 лет. Она неизменно опиралась на дворян, жертвуя ради этой опоры многими своими излюбленными политическими идеями. Павел не хотел идти таким путем, не хотел поступаться представлениями о том, как должна выглядеть страна. Для достижения своих целей он должен был дворян обесправить.Аристократия стала слишком независимой, и ее подчинение монарху оказалось номинальным. Необходимо было ослабить влияние придворных, гвардейских офицеров, дворян вообще на государственную политику. Павел начал с ужесточения правил несения службы, отменив многие привилегии сословия. Представляется, что он не сумел найти достаточно действенного способа для обуздания столичной аристократии, и «борьба с дворянством» осталась незавершенной.

Введение трехдневной барщины было скорее продиктовано стремлением умерить злоупотребления землевладельцев, а не заботой о крестьянах. Но эта мера не сыграла отводившейся ей роли, так как обойти предписания верховной власти было совсем не сложно. Отметим также, что Павла заботило и экономическое процветание страны, в основе которого лежало стабильное развитие и крестьянского, и помещичьего хозяйства.

Преобразовательная деятельность Павла если и не была четко продумана, то, во всяком случае, не диктовалась ни прихотью, ни блажью. У Павла были вполне определенные цели. Эти цели, да и средства их достижения, были не слишком привычны, но в них ощутима логика.Так или иначе, склонный к самодурству и неудобный для очень многих своих подданных монарх пытался — на свой лад — переделать страну, обеспечив стабильность ее развития в постоянно изменяющемся пространстве новой европейской истории. Далеко не во всем Павел преуспел, но его политика, порой двойственная и противоречивая, оказалась не вовсе бессмысленной. Россия вышла из XVIII столетия, и преемники Павла занялись — тоже с переменным успехом — обустройством державы.

q [1] Ключевский В.О. Курс русской истории М.,Т 5,стр 124. Просвещение, 1993 год.

q

[2] Большинство историков в наше время утверждают, что Павел I был самым образованным среди русских государей XVIII столетия

[3] Чулков Г. Императоры. М.: Искусство, 1995 год, стр. 54.

[4] По мнению историка Шильдера, большого знатока всех событий "Златого века", это покушение можно отнести к 1778 году. Инициаторами отравления были Орловы, мечтавшие разделить власть с Екатериной. "Когда Павел был еще великим князем, — сообщает Шильдер, — он однажды внезапно заболел; по некоторым признакам доктор, который состоял при нем, угадал, что великому князю дали какого-то яда, не теряя времени, тотчас принялся лечить его против отравы. (Шильдер указывает имя, это был лейб-медик Фрейганг). Больной выздоровел, но никогда не оправился совершенно