TimesHistory

А. Аргедас дебютировал на литературном поприще рассказами «Вата-Вата» и «Писагуа», в которых сразу проявился его интерес к самобытной культуре индейских народов и к исторической тематике. Он был первым боливийским писателем, который в своих произведениях затронул тему индейца. Его повести и рассказы отличались ярким колоритом и свежестью. Однако «образованная» публика в Боливии не обратила внимания на молодого писателя. Аргедас уехал в Европу и жил в Париже 20 лет. В Европе к нему пришла писательская слава.

В 1909 г. вышла наделавшая много шума его книга «Больной народ». Она имела общеконтинентальный резонанс и была благожелательно воспринята интеллигенцией за пределами Боливии. Известный уругвайский мыслитель Хосе Энрике Родо писал автору после прочтения этой книги: «То зло, которое так открыто и честно Вы описываете, свойственно не только Боливии, оно присуще в большей или меньшей степени всей Испаноамерике . Вы называете свою книгу «Больной народ», а я бы назвал ее «Народ-ребенок».

В этом социо-культурологическом эссе А.Аргедас рассматривал три основные темы: психология расы, политическая практика и историческая судьба Боливии. Аргедас подчеркивал, что Боливия — это, прежде всего индейская страна. Он описывал чудовищную нищету и отсталость боливийской деревни, бесчеловечно эксплуатируемой высшими классами и государством. Однако жалость, сострадание и протест против жестокости общества в отношении индейца сочетались с признанием лишь негативной роли индейских народов в истории страны. В его описании индеец предстает пассивным, жалким существом, в котором нет ни желаний, ни страстей. Впрочем, метис был для него во сто крат хуже индейца. Метис, чоло, — активный участник политической жизни, которую Аргедас ненавидит и презирает. Для него чоло — это воплощение лени, варварства, алкоголизма и прочих пороков. Чоло объединяет худшие черты обеих рас. Левый социолог и писатель К. Мединасели так характеризовал взгляды А. Аргедаса: «Как «Больной народ», так и его другие книги по истории сверх меры переполнены расовыми и кастовыми предрассудками.»

В своем многотомном труде «История Боливии» А. Аргедас обрушился на чоло, эгоизм и низкие страсти толпы, плебса. В истории Боливии он видел лишь торжество варварства и деградацию образованных классов. Предательство, мелочный эгоизм правителей, опиравшихся на низкую в своих потребностях и страстях толпу, чоладу, завели страну в политический и социальный тупик. «История Боливии» А. Аргедаса — это многотомная хроника преступлений и низостей чоло, толпы, главной опоры власти тиранов и военных диктаторов. «И его «Больной народ», и его исторические книги, — писал исследователь его творчества Р.Саламанка, — бичуют, ранят, обижают. Аргедас хотел изыскать лекарства, которые бы вылечили болезни, которые он обнаружил у своей страны, и в этом он потерпел самое большое поражение . Его книги разделили страну. До сего дня его книги борются, сражаются и ссорят боливийцев: они нас разделили на тех, кто с Аргедасом, и кто против него».

Страстные, протестующие против эксплуатации и варварства страницы «Больного народа» были наполнены пессимизмом и неверием в собственную страну. Все, что А.Аргедас встречал в Боливии, приводило его в уныние. Он не видел никакой исторической перспективы для своей страны, если она не избавится от «индейского атавизма». А.Аргедас полностью следовал доминировавшему тогда негативному мнению относительно жизнеспособности индейских народов. Вместе с тем, он впервые показал стране, что ее отсталость и «варварство» были вызваны не внешними условиями, а были следствием внутренних дефектов, падения морали и отсутствия благородных устремлений в обществе.

Видный боливийский литературовед, историк, а также крупный политический деятель эпохи «государственного социализма», один из лидеров Социалистической партии, министр иностранных дел в правительстве Х. Буша, Энрике Финот справедливо писал об исторических трудах А. Аргедаса: «Его история пессимистична, он считал необходимым показать это героическими метафорами, чтобы упрекнуть «больной народ» за его ошибки и недостатки. Поскольку в целом, он не анализирует причин стольких несчастий ., его выводы историка не предлагают никакого способа решения проблем».