История — наставница жизни

История вынуждена повторяться, потому что в первый раз мы обращаем на нее слишком мало внимания. История учит нас, что она никого ничему не учит. История, по-видимому, только тогда и нравится, когда представляет собою трагедию, которая надоедает, если не оживляют ее страсти, злодейства и великие невзгоды.

К истории вопроса
Страница 3

Диаметрально противоположную точку зрения в своих «Философических письмах» показал П.Я. Чаадаев: «Мы не принадлежали ни к одному из великих семейств человечества, ни к Западу, ни к Востоку, не имеем преданий ни того, ни другого. Мы существуем как бы вне времени, и всемирное образование человеческого рода не коснулось нас» [3]. Причиной отрыва России от величественной истории западных народов Чаадаев считал православие: «Ведомые злою судьбою, мы заимствовали первые семена нравственного и умственного просвещения у растленной, презираемой всеми народами Византии» [Там же]. Из-за православия, считал Чаадаев, вся история России шла не так, как история западных народов: «В самом начале у нас дикое варварство, потом грубое суеверие, затем жестокое, унизительное владычество завоевателей, (дух которого национальная власть впоследствии унаследовала), владычество, следы которого в нашем образе жизни не изгладились совсем и поныне» [Там же]. Хотя П.Я. Чаадаев отчасти пересмотрел свою точку зрения на Россию на менее пессимистическую, многие его выводы совпали с выводами некоторых западных наблюдателей и исследователей, как XIX столетия (маркиз де Кюстин), так и современных (Р. Пайпс). Во всяком случае, Чаадаев был первым, кто открыто и внятно поставил проблему истории России в мировой истории. Все остальные точки зрения были лишь откликом на его положения, которые многих тогда шокировали - во многом, потому, что не ожидали подобного от русского человека. Скажем, книга Кюстина о николаевской России, вышедшая приблизительно в те же годы, произвела гораздо меньший скандал, ибо написана была иностранцем, от которого, в принципе, было ожидаемо такое неприятие всего русского. www.banksession.ru

От Чаадаева и его оценки российской истории идет и модная в XX веке евразийская теория – ведь именно он одним из первых обратил внимание на особое промежуточное геополитическое положение России «между Востоком и Западом». У него же есть мысль (как это не парадоксально) и об особой роли России в мировой истории, и роль эта далеко не негативная: «России поручены интересы человечества, и в этом её будущее, в этом ее прогресс. Придет день, когда мы станем умственным средоточием Европы, как мы сейчас являемся её политическим средоточием, и наше грядущее могущество, основанное на разуме, превысит наше теперешнее могущества, опирающееся на материальную силу» [Там же].

Следующий по хронологии этап этого вечного спора – растянувшаяся до нашего времени дискуссия западников и славянофилов. Главная проблема, вокруг которой завязалась дискуссия, может быть сформулирована следующим образом: является ли исторический путь России таким же, как и путь Западной Европы, и особенность России заключается лишь в ее отсталости или же у России особый путь и ее культура принадлежит к другому типу? В поисках ответа на этот вопрос сложились две альтернативные концепции русской истории.

Спор, как известно, начали славянофилы. Их лидеры - Алексей Степанович Хомяков, Иван Васильевич Киреевский, Константин Сергеевич Аксаков, Юрий Федорович Самарин — выступили с обоснованием самобытного пути развития России. При этом они исходили из того, что у России свой особый путь, определяемый ее историей, положением в мире, огромностью территории и численности населения, географическим положением и особенно своеобразными чертами русского национального характера, русской «души».

Славянофилы отнюдь не были реакционерами. Они были скорее своеобразными утопистами. Свой идеал они видели в своеобразной от всякой вещной зависимости высоконравственной личности. С позиций сконструированного ими идеала, славянофилы резко критиковали реальность, как европейскую, так и российскую. Когда славянофилы говорили об «особом пути России», они отнюдь не имели ввиду сохранение существующей в России социальной реальности. Они подразумевали следование определенным социальным и нравственным ценностям. Эти ценности славянофилы считали традиционными для России и противоположными ценностям западноевропейской культуры.

Страницы: 1 2 3 4

1940
В ночь на 1 апреля в Таллине на квартире истопника поликлиники Таллинской больничной кассы Х. Арбона на Тынисмяги началась нелегальная конференция КПЭ (20 делегатов). Конференция выдвинула задачу свержения фашистской диктатуры и создания народного правительства. 18 июня главком буржуазной Эстонии – Лайдоне ...

Увод гражданского населения оккупированных территорий в рабство и для других целей.
В течение всего периода германской оккупации западных и восточных стран германское правительство и верховное командование проводили политику увода физически здоровых граждан из оккупированных стран в Германию и в другие оккупированные страны для работы на положении рабов на военных заводах и для других рабо ...

VII (Апрельская) конференция большевиков
24 апреля 1917 года открылась VII (Апрельская) конференция большевиков. Впервые за время существования партии открыто собралась конференция большевиков, которая по своему значению занимает в истории партии такое же место, как съезд партии. Меньшевики повторяли, что Россия не созрела для социалистической ре ...