TimesHistory

Бесполезно гадать по поводу того, как долго выстояло бы гигантское сооружение Бисмарка, останься он в 90-е гг. у власти. Но похоже все же, что канцлер был единственным человеком, умудрившимся предохранить его от обвала. Прежде всего благодаря пониманию некоей «простой» истины: в любой общеевропейской политической архитектуре, претендующей на долговечность, должен быть «русский» фундамент. В политике соискания дружбы России расчетливый Бисмарк переиграл самоуверенного Наполеона III лишь для того, чтобы преемники французского императора взяли реванш над преемниками «железного» канцлера. России принадлежала отнюдь не пассивная роль в международных отношениях 70—80-х гг. XIX в., но ее большая, чем у других стран самодостаточность зачастую позволяла ей отдавать инициативу сближения более заинтересованной стороне, без опаски упустить выгодный момент и выгодную возможность. Пожалуй, это обстоятельство несколько развращало Петербургский кабинет, мешая ему принимать своевременные, тем более упреждающие решения. Впрочем, порожденные подобной нерасторопностью ошибки все равно не грозили России, в отличие от других европейских держав, таким ущербом, который она была бы не в состоянии пережить.