TimesHistory

Между тем общий характер бесписьменных, юридичес­ки не фиксируемых и односторонне неравноправных русско-ордынских отношений коренным образом менял всю систему представлений у многих поколений русских госу­дарственных мужей о международных внешнеполитиче­ских постулатах и нормах.

Русские князья оказывались лично зависимыми от Орды, как крепостные, они привыкали к рабскому, унизи­тельному положению, они культивировали приспособлен­ческую психологию «двух моралей» и переносили, переда­вали все это уродливое и рабское в свои государства, практикуя затем на боярах, на дворянстве и особенно на своем народе те же самые приемы, которые применялись по отношению к ним в Орде.

Представления о нормах права — как международного, так и государственного, а тем более личного — на несколь­ко столетий были совершенно исключены из системы мышления русского народа. Его систематически приучали, воспитывали в обстановке последовательного, целеустрем­ленного бесправия.

Таким образом, юридические, правовые нормы, вошед­шие через римское право в обиход средневековых евро­пейских государств, не только не имели никаких корней в России, но и не смогли привиться и позднее, когда средне­вековье окончилось в Европе, а в России исчезло монголо-татарское иго. Для правовых норм любого характера в России просто не оказалось почвы, ибо любые юридиче­ские, правовые, фиксированные отношения были факти­чески дискредитированы как чужие и чуждые русским условиям самим двухсотлетним опытом их полного отсут­ствия при ордынском иге.

Таков был один из важнейших исторических результатов господства Орды над Русью. Ясно, что все это создавало не только препятствия на пути развития русской государствен­ности, придавало этому развитию уродливо-извращенные, чисто рабские черты, но и оказывало огромное негативное воздействие на формирование психологии русской нации в целом, причем как общественной, так и личной психологии.

Что же касается политических отношений Руси с Ордой, то в создавшихся специ­фических условиях правового бесправия русской стороны они принимали форму односторонних действий ордынской стороны, т.е. своего рода «одностороннего движения». Ак­тивной, инициирующей стороной всегда была Орда. Русские князья в основном ограничивались той или иной реакцией на ордынские инициативы. При этом характер русской реакции, «русского ответа» всегда отражал реальное соотношение сил: военных, политических, экономических. Только на первых порах, в XIII в., русская реакция на ордынское давление мог­ла носить спонтанный характер. С конца XIII — начала XIV в. и русские князья, и русский народ уже приучились соразмерять свое отношение к Орде и свою вассальную поли­тику со своими реальными силами и уметь демонстрировать «покорность», когда это было нужно.

Так как основным «инструментом» осуществления внешнеполитических целей политики Золотой Орды была армия, т.е. организованная военная сила, то военные похо­ды Орды дают возможность увидеть, как проводилась эта внешняя политика в действии, в частности, вся совокуп­ность карательных походов, набегов и войн между Ордой и Русью рисует в сжатом, последовательном и конкретном виде все не только военные, но и внешнеполитические русско-ордынские отношения.

Резкое сокращение времени, интенсивности, силы по­ходов ханов на Россию в XV в., завершение их в большин­стве случаев уходом без взятия Москвы, Кремля и без решительного боя объяснялись не только изменением соотношения военных потенциалов Руси и Орды, но и сме­ной военной техники, появлением огнестрельного ору­жия с конца XIV — в начале XV в. в русских войсках и отсутствием его у татар, а также изменением военно-так­тических представлений о ведении войны в целом.

Наивные военные представления XI—XII вв. и начала XIII в., когда все военные усилия обеих сторон концентри­ровались на организации и проведении одного, обязатель­но решающего военного столкновения (битвы, сражения), собиравшего абсолютно все наличные военные силы про­тивников, и когда не думали о тылах, особенно дальних, оставляя столицу, страну, ее внутренние районы без всяко­го военного прикрытия, к исходу XV в. давно отошли в прошлое.