TimesHistory

г) Важной предпосылкой развития землеустройства и улучшения землепользования являлось быстрое восстановление крестьянских хозяйств со значительными денежными поступлениями, втянутыми в товарно-денежные отношения. Выделение этой группы носило не столько характер классового расслоения, сколько отражало имущественную дифференциацию внутри крестьянства. Даже в 1927 г., когда количество хозяйств предпринимательского типа достигло своего пика, их доля в общей численности сельских дворов равнялась всего 3,9 %. Происходило размывание бедняцких слоев - одни земледельцы переходили в средние группы крестьянства, другие пролетаризировались. Почти исчезли беспосевные хозяйства, количество малоземельных сократилось в 2,5 раза, истончался слой крупнопосевных дворов. Основные силы крестьянства переливались в группу хозяйств с засевом 5-9 дес. Отмечая нездоровую основу этого процесса, известный русский аграрник Н. Макаров характеризовал классовые изменения в среде крестьянства как «взбухание» середняцкой прослойки, которая выросла за 10 лет Советской власти втрое. Другой выдающийся экономист Н. Кондратьев также предостерегал от переоценки глубины дифференциации крестьянства. «Наше сельское хозяйство, - отмечал он в 1926 г. - в общем, еще настолько примитивно и бедно, насколько исчерпывается сплошной однородной необъятной массой распыленных и слабосильных хозяйств, что на основе этой ошибки легко находить кулаков там, где имеет место здоровый, энергичный слой крестьянских хозяйств с наиболее высокой производительностью труда и наиболее быстрым накоплением». Единоличное крестьянское хозяйство во второй половине 20-х годов оставалось относительно слабым и неразвитым, полунатурально-потребительским. В 1927 г. из 24-25 млн. крестьянских дворов на каждый приходилось: примерно 5-6 едоков, из которых двое-трое были работниками, до 12 дес. земли, включая 4-5 га посевов, лошадь и одна-две коровы. Сельхозинвентарь был не богат: плуг, а то и соха, деревянная борона, серп и коса. Жнейки и другие сельхозмашины имели лишь 15 % единоличников, а набор сельхозмашин имелся всего лишь у 1-2 % крестьянских хозяйств. Урожайность обычно не превышала 7-8 центнеров с гектара, товарность колебалась у отметки в 20 %. Каждый занятый в сельском хозяйстве, кроме себя, мог прокормить только одного человека. Правда, «довольствие» крестьян по мясу, молоку и другим продуктам животновод­ства осуществлялось по более высоким нормам потребления, нежели до революции. В последние годы нэпа (1925-1928 гг.) поголовье скота ежегодно увеличивалось примерно на 5 %. В целом крестьянское хозяйство в 20-е годы далеко не исчерпало потенциала своего развития и при благоприятных социально-экономических условиях могло прибавить к своему валовому производству около 25 %. Определенный оптимизм порождал в оценках будущего 1926 г. - самый хлебный год за весь послереволюционный период, когда было собрано 116,4 млн. центнеров зерна.

Крестьянское хозяйство медленно подтягивалось к показателям 1913 г. Десятилетие Октябрьского переворота российское сельское хозяйство встречало с измельченными крестьянскими владениями, низким валовым доходом и ограниченной товарностью. Треть крестьянских хозяйств не имела достаточных средств производства - 28,3 % дворов хозяйствовали без рабочего скота, а 31,6 % - без пахотного инвентаря. Ежегодные приросты посевного клина с 1924 г. неуклонно сокращались, общий размер посевных площадей в 1927 г. (105,5 млн. дес.) был меньше дореволюционного (109 млн. дес. в 1913 г.). С 1928 г. рост посевов прекратился, и началось сжатие площади засеваемых участков. Угодья использовались хуже, чем до войны: удельный вес земли под арендой снизился в 2,7 раза, доля хозяйств-арендаторов земли уменьшилась в 4,6 раза. Ограничение найма рабочей силы привело к умножению объемов неиспользованного труда. В целом по оснащенности ин­вентарем, постройками, наличию рабочего скота среднее крестьянское хозяйство РСФСР находилось на уровне 60-80 % от показателей 1913 г.

В 1927 г. XV съезд ВКП дал установку на коллективизацию сельского хозяйства. На первых порах в основу коллективизации был положен Ленинский план, предусматривавший всемерное кооперирование крестьянских хозяйств при соблюдении принципов добровольности вступления в кооператив, постепенности, т. е. перехода от простейших форм кооперации к более сложным в течение времени, необходимого для того, чтобы убедить крестьянина в преимуществе кооперации. Ленинский план предусматривал государственную помощь кооперации финансами, кадрами, техникой.

К 1929 г. в стране обострился продовольственный кризис, не выполнялся план хлебозаготовок, хлебный дефицит составлял 128 миллионов пудов, возникла угроза голода. Кулаки начали активную борьбу против коллективизации, организовывали повсеместно срыв хлебозаготовок, по стране прокатилась волна кулацких мятежей, в которые была втянута значительная часть середняков.