История — наставница жизни

История вынуждена повторяться, потому что в первый раз мы обращаем на нее слишком мало внимания. История учит нас, что она никого ничему не учит. История, по-видимому, только тогда и нравится, когда представляет собою трагедию, которая надоедает, если не оживляют ее страсти, злодейства и великие невзгоды.

Трансформация традиционного уклада в Иордании
Страница 5

Материалы » Трансформация традиционного уклада в Иордании

Исходя из вышесказанного, король Хусейн традиционно подразделял политических и государственных деятелей на «людей знания и опыта» (ахльат-таджруба) и «людей лояльности» (ахль ас-сика), умело переставляя их с учетом обстановки. При этом, подчеркивая особые отношения Иордании с палестинцами, он всегда имел под рукой ряд деятелей, которые, появляясь то на одном, то на другом посту, были призваны подчеркивать многонациональный характер иорданского общества.

Для формирования добротной прослойки государственных мужей из числа иорданского кланово-племенного сообщества король Хусейн ввел практику предоставления бесплатных университетских стипендий детям офицерского корпуса, а также создал систему «вербовки» в высшие учебные заведения бедуинских детей, получивших самые широкие льготы в сфере образования.

Как утверждают аналитики, своей основной опорой Хусейн всегда считал триумвират (именно в такой последовательности): 1) сообщество глав силовых структур (армия, военная разведка, Управление общественной безопасности /УОБ/, Управление общей разведки /УОР/); 2) премьер-министр; 3) начальник королевской канцелярии. В принципе, сюда следовало бы отнести и главу Сената, а с учетом начавшегося в конце 80-х – начале 90-х годов процесса демократизации иорданского государства еще и спикера Нижней палаты парламента. Без преувеличения можно говорить, что 90% занимавших упомянутые должности людей были исключительно представители коренных иорданских кланов. Так, начиная с 1958 г. из 21человека, занимавшего пост премьер-министра палестинцем был только Тахер аль-Масри, возглавлявший правительство всего пять месяцев. Из 17 начальников королевской канцелярии (с 1954 г.) палестинцами были лишь Ахмед Тукан, Аднан Абу Ода и Джавад аль-Анани. Силовые структуры, Сенат и парламент традиционно возглавляли коренные иорданцы (исключением был палестинец Тахер аль-Мосри – бывший с ноября 1993 по ноябрь 1994 г. спикером нижней палаты. Единственными некоренными иорданцами, которые допускались к ключевым постам в армии, УОБ и УОР, были представители черкесско-чеченской диаспоры.

Без преувеличения можно утверждать и то, что в каждом составе кабинета министров за последние 30 лет в среднем было около 20% палестинских деятелей. В парламент палестинцам удавалось избираться лишь по пяти «космополитичным» амманским округам, где влияние кланов уравновешивается многочисленностью палестинского населения, или по партийным спискам. С принятием новой версии Закона о выборах, введшей в практику принцип «один человек – один голос», второй вариант остался реальным также практически только в Большом Аммане, поскольку теперь избиратели в глубинке вынуждены следовать исключительно в фарватере кланово-племенной дисциплины.

Как уже неоднократно отмечалось, один из основных принципов функционирования современного иорданского государства – доминирование в общественной и государственной жизни кланово-родовых взаимоотношений и относительный баланс сил внутри истеблишмента между иорданскими кланами. Кланово-родовые отношения, именуемые по-арабски «аль-ашаирийя» или «ан-низам аль-ашаирий», пронизывают все сферы жизнедеятельности общества, начиная от охвата занятостью и до избирательных кампаний.

Поскольку иорданские кланы королевский Дворец справедливо рассматривает как опору режима и залог его стабильности, они имеют львиную долю государственных должностей, особенно ключевых, от которых эта самая стабильность напрямую и зависит. Приходя во власть, трайбалистские деятели, в свою очередь, насаждают традиционную клановую психологию – «один за всех и все за одного».

Кланы очень внимательно следят за наличием своих представителей на государственных постах различных уровней, а также за перемещением выходцев из других кланов. Шейхи родов и племен непосредственно отслеживают схему их представительства в государственных структурах и во время ритуальных поездок короля или наследного принца по провинциям, когда в честь них в стилизованных палатках устраиваются торжества в бедуинском стиле, доводят до них прошения о тех или иных назначениях своих соплеменников. Обычно такие просьбы не остаются без ответа, поскольку это помогает цементировать смычку кланы – Дворец.

Продвигаясь по службе, клановые выдвиженцы тянут за собой других соплеменников, помогают обеспечивать интересы своих кланов (в просторечье феномен «поддержки сверху» именуется «васита», т.е. «заступники», «ходатаи»). При этом внутри госструктур не прекращается скрытая межклановая борьба за места и должности. Периодически один из кланов пытается вырваться вперед, и тогда остальные стараются навалиться на него сообща и оттеснить.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

Этнические периоды
Льюис Генри Морган считал, "Что новейшее исследование раннего состояния человеческой расы приводят к заключению, что человечество начало свое поприще с самой низкой ступени развития и проложило себе дорогу из состояния дикости к цивилизации, благодаря медленному накоплению опыта".[3] Поскольку не ...

Вторая русско-турецкая война 1787-1791 гг.
Османская империя была обеспокоена ростом российской военной мощи на Черном море, переходом под власть России Крыма и Восточной Грузии. В 1786 г. турецкое правительство потребовало передачи под власть султана Восточной Грузии, территории вокруг Кинбурна и привилегий для турецких купцов. Не дождавшись ответа ...

Бюрократический консерватизм
Под этим условным названием скрывается явление, практи­чески не исследованное до сих пор. Самосознание русского чи­новничества, бывшего опорой и основой государственной власти в Императорской России, до сих пор оставалось за рамками внимания историков. Мы как-то традиционно удовлетворялись карикатурными пе ...