TimesHistory

Однако тут же оказалось, что полный возврат к прошлому в сфере общественно-политических отношений, в области идеологии и культуры невозможен. Если религиозная реформа потерпела крушение, то с правами, полученными частью «немху», пришлось считаться. Хоремхеб понял это и слой служилой знати, возвысившийся при Эхнатоне, сохранил завоеванные позиции.

Новые принципы взаимоотношений между деспотической властью фараона, бюрократией и жречеством утвердились после ликвидации амарнской реформы. Прежде всего, новый фараон не допустил террора и насилия по отношению к новым выдвинувшимся слоям. Решительными мерами пресекаются казнокрадство, взяточничество и лихоимство должностных лиц. Указ Хоремхеба, высеченный на плите в карнакском храме, требовал прекратить грабеж и вымогательства, которым подвергались «немху» и грозил ослушникам суровыми карами [5, стр. 11]. Более того, Хоремхеб по сути продолжил политику Эхнатона по выдвижению на государственную службу многих представителей средних слоев. Противоречия между царской властью и жречеством остались, но Хоремхеб не стал игрушкой в руках первосвященников Амона, вручившим ему власть. Он не остался в Фивах, а через два месяца отплыл на север в Мемфис. Новый фараон оказался способным и энергичным государственным деятелем, при нем началось военно-политическое возрождение Египта. Он провел серию реформ с целью внутреннего сплочения в рядах знати и армии. Хоремхеб не мог примириться только с одним – с утратой сиро-палестинских владений. Для укрепления расшатанных финансов была осуществлена податная реформа, что позволило улучшить комплектование армии, привлечь в широких масштабах наемников, укрепить командный состав. Проведенная реорганизация армии позволила остановить продвижение хеттов, заключив мирный договор с Мурсилисом II.

Вся деятельность Хоремхеба свидетельствует о том, что заботы его были сосредоточены на внутренних делах управления огромной страной. Задача восстановления власти Египта в Сирии, Финикии и Палестине не могла быть решена в срок правления одного, пусть энергичного фараона. По наследству эта задача перешла царям XIX династии. Главной заслугой Хоремхеба явилось восстановление прочного порядка.

Еще более жизненным оказалось наследие Ахетатона в области культуры и искусства. Художники и скульпторы не могли забыть то, что дало им освобождение от застывших канонов. Переворот Эхнатона отразился в духовной жизни всего древнего мира. Вспышки свободомыслия, формирование монотеизма, поэтическое творчество авторов библейских текстов – все это возникло не без воздействия деятельности и интеллекта фараона-солнцепоклонника.

До сих пор, а может в наши дни это и вполне объяснимо, не утихают споры вокруг Эхнатона. Одни считают его фанатиком, чьи бредовые идеи могли принести только раздоры и ослабление государства; другие, наоборот восхищаются этим необычным фараоном. Автор, нисколько не соглашаясь, с внешней политикой Эхнатона, считает, что такие реформы в политике внутренней мог все таки осуществить скорее выдающийся человек, чем преступный. При этом сходство между Эхнатоном и Моиссем представляются надуманными, а события их жизни – слишком несовместимыми.