История — наставница жизни

История вынуждена повторяться, потому что в первый раз мы обращаем на нее слишком мало внимания. История учит нас, что она никого ничему не учит. История, по-видимому, только тогда и нравится, когда представляет собою трагедию, которая надоедает, если не оживляют ее страсти, злодейства и великие невзгоды.

Организация провинциального управления в Османской Сирии
Страница 4

Материалы » Сирийские провинции Османской империи до начала эпохи реформ (XVI-XVIII в.) » Организация провинциального управления в Османской Сирии

В борьбу аянских кланов и группировок за источники доходов (прежде всего, право сбора податей с той или иной области или части города) втягивались массовые слои городского населения. Например, в XVIII в. в Халебе чуть ли не все взрослое мусульманское населения было разделено на две соперничающие «партии». Одну из низ возглавляли местные янычарские командиры, а другую — шерифы, т. е. представители родов, возводивших свою родословную к пророку Мухаммеду и пользовавшиеся, в силу этого, особым авторитетом и влиянием среди горожан. На деле борьба между этими группировками являлась отражением соперничества между влиятельными аянскими кланами, одни из которых отождествляли себя с янычарами, а другие — с шерифами. Главное содержание политической борьбы в крупных городских центрах Сирии в то время составляла борьба именно между местными группировками знати, а не противостояние их османским властям. В то же время, практически каждому губернатору, не имевшему поддержки со стороны какого-либо влиятельного местного клана или группировки кланов, все равно приходилось сразу же после назначения на должность включаться в активную политическую борьбу на местном уровне. Рассчитывать на помощь со стороны центрального правительства в кризисных ситуациях едва ли было возможно.

Еще более сложной была ситуация в Горном Ливане и в гористых округах Палестины. Местные аяны, наследственно управлявшие сельскими округами, в большинстве своем жили не в административных центрах эйалетов и санджаков (Сайда, Триполи, Иерусалим, Наблус), а в укрепленных поселениях-замках, расположенных в сельской местности, как правило, в труднодоступных горных районах. Как справедливо отмечал видный российский дипломат XIX в. К.М. Базили, «гористые округа, ( .) оставались во владении наследственных своих эмиров и шейхов, которые по-прежнему заключали конфедерации между собой, выступали в поход со своими ополчениями, вели друг с другом войну, не спрашиваясь у пашей или даже по навету пашей». Особыми правами обладали эмиры Горного Ливана — княжества, пользовавшегося значительной автономией в рамках Османской империи. Платя небольшую фиксированную дань Порте, правящий эмир Горного Ливана распределял земли среди местных феодалов — других эмиров и шейхов. Те, в свою очередь, управляли вверенными им округами на основе обычного права и по призыву эмира были обязаны нести военную службу во главе собранных ими ополчений крестьян. Правящий эмир не мог передать свою власть по наследству. Новый эмир каждый раз избирался феодалами, как правило, из числа представителей одного и того же рода (до конца XVII в. — из рода Маанидов, затем — из рода Шихаб).

В Горном Ливане практически не действовало общеосманское законодательство, там не было ни османских чиновников, ни шариатских судов. Эмиры и шейхи сами творили суд и расправу над подвластными им крестьянами. Однако крестьяне Горного Ливана, практически поголовно вооруженные, иногда восставали против того или иного феодала в случае чрезмерных злоупотреблений с его стороны. Патриархальные феодальные порядки в Горном Ливане существовали веками. При этом, в отличие от других районов Сирии, религиозная принадлежность в Горном Ливане вплоть до XIX в. не играла существенной роли для определения социального статуса человека. Большую часть населения Горного Ливана составляли христиане-марониты и представители некоторых других христианских церквей, меньшую — друзы, а также представители ряда других шиитских общин. Правящие эмиры вплоть до начала XIX в. считались мусульманами-суннитами, большинство шейхов принадлежали к друзской общине, меньшая часть — к маронитской. В целом представители той или иной религиозной общины встречались как среди феодалов, так и среди крестьян. Принадлежность к той или иной сословной группе определялась исключительно по наследственному принципу.

Начало XVII в. было ознаменовано в Горном Ливане возвышением честолюбивого эмира Фахр ад-Дина из рода Маанидов. Собрав значительное по численности войско из числа горцев, он бросил вызов османским властям в Сирии, отказавшись платить дань Османской империи. В ходе военных действий Фахр ад-Дину удалось нанести ряд серьезных поражений османским пашам и даже захватить некоторые округа за пределами своего эмирата. Особую опасность для османских властей несла угроза утверждения власти эмира в прибрежной полосе (не относившейся к Горному Ливану). Намереваясь создать независимое сильное государство, Фахр ад-Дин даже искал военной помощи у европейских государств, пытаясь установить с ними дипломатические отношения в обход Стамбула. Однако чрезмерное усиление власти амбициозного эмира встревожило многих ливанских феодалов — эмиров и шейхов. В стане сторонников эмира усилились разногласия, кроме того, крестьяне, призванные эмиром для несения военной службы, не желали надолго покидать родные места и противились увеличению налогов. Наемники были малочисленны и могли обеспечивать лишь гарнизонную службу в крепостях. В результате длительной борьбы в 1635 г. османские войска нанесли Фахр ад-Дину решительное поражение. С гибелью честолюбивого эмира Горный Ливан был возвращен в состав Османской империи, а силы династии Маанидов были подорваны. В 1697 г. этот род прекратил свое существование, в связи с чем друзские шейхи избрали новым правящим эмиром представителя рода Шихаб. Однако среди самих друз-ских шейхов обострилась феодальная борьба между двумя группировками — кайситами и йеменитами, каждая из которых возводила свою генеалогию к определенной исторической группе арабских племен. После того, как эмир Хайдар I (1707—1732) нанес поражение йеменитам в битве при Айн-даре (1711 г.), они были вынуждены бежать из Горного Ливана и обосновались в горной области к югу от Дамаска, получившей название Джэ-бэль ад-Друз (горы друзов). Победа кайситов привела к утверждению власти рода Шихаб в Горном Ливане.

Страницы: 1 2 3 4 5

Театр и другие литературные формы эпохи Юань
Во времена Хубилая и его непосредственных преемников особого процветания достиг театр. Рост городов при династиях Сун и Юань обеспечивал питательную среду для развития драматического искусства, расширяя аудиторию и предоставляя средства, необходимые для представлений. Театры не могли бы процветать вне город ...

Вступление.
Время Хрущева - один из наиболее значимых и непростых периодов нашей истории. Значимых - потому что непосредственно перекликается с идущей сейчас в стране перестройкой, с нынешним процессом демократизации. Непростых - потому что касается десятилетия, которое поначалу называлось «славным», а потом было осужд ...

 Детство будущего полководца и начало межплеменной борьбы
Образование монгольского государства и сложение монгольской народности относится к началу XIII в. До этого монголы жили отдельными племенами и племенными объединениями. Каждое из этих племен и племенных объединений имело своего предводителя – хана. Кочевое скотоводческое общество монгольских племен в конце ...