TimesHistory

Вот выдержки из этого краткого очерка:

Несмотря на очень трудные условия, в которых велись наступательные и оборонительные бои, советские воины, в том числе и из 166-й Краснознамённой стрелковой дивизии, продолжали проявлять массовый героизм.

Немного горькой статистики войн.

В районе Приекуле в течение нескольких месяцев велись бои, о которых в сводках Совинформбюро говорилось, как о боях местного значения и по улучшению позиций. Так вот, только на братском воинском кладбище в Приекуле похоронено 23 тысячи советских воинов, павших в этих "боях местного значения". На кладбище в Вайнеде, там, где совершил свой беспримерный подвиг Николай Грибанов, покоится шесть тысяч воинов, в основном гвардейцев из Армии генерала Чистякова. И таких кладбищ только на территории Лиепайского района Латвийской ССР восемь. Дорогой, очень дорогой ценой досталась нам победа!"

А. Л. Лейбович вспоминает об одной из сложнейших операций, в которой участвовал он в составе 166 Краснознамённой стрелковой дивизии: "Фашисты попытались окружить под Невелем советские дивизии, перейдя в контрнаступление на флангах. Вот тогда-то и образовался так называемый Невельский мешок, или "бутылка", горловина которой простреливалась противником из всех видов оружия. В эту "бутылку" были направлены дивизии 6-ой Гвардейской Армии, в том числе и наша, 166-ая стрелковая.

Двигались по горловине ночью, соблюдая все предосторожности, не только световую, но и звуковую маскировку. Но избежать обстрела всё же не удалось. Противник открыл яростный артиллерийский и миномётный огонь. Все цели у гитлеровцев были хорошо пристреляны. И уже в горловине "невельской бутылки" дивизии понесли первые боевые потери людей и техники.

Действия протекали в распутицу, особенно тяжёлую в этом болотистом районе. Несмотря на это, наши войска продвигались всё дальше вглубь захваченной немцами территории и овладевали рубежами. Наша дивизия в течение 10 дней в ноябре 1943 года вела наступление".

Олег Мунин пишет: "166-я стрелковая дивизия в этот период сыграла важную роль в срыве попытки противника закрыть горло "невельской бутылки" и окружить войска трёх Советских Армий. На счету её воинов – разгром 211 пехотной и 2-ой авиаполевой дивизии противника".

В очерке он приводит воспоминания Маршала Советского Союза Ивана Христофоровича Баграмяна, который писал в своих мемуарах ("Так мы шли к победе"): "Хорошо помню тот конец осени и начало зимы. Погода окончательно испортилась. Очень трудно было преодолевать бездорожье. Не только автомашины, но и повозки вязли в грязи. Температура не опускалась ниже нуля. Болота и не думали не то что замерзать, но и подмерзать. Бойцы и младшие командиры на руках носили снаряды с пунктов артиллерийского снабжения на позиции батарей. На руках доставлялись на передовую линию ящики с патронами и гранатами, со всеми другими грузами".

В очерке О. Мунина читаем: "21 декабря 1943 года И. В. Сталин подписал приказ №50, в котором было сказано: "За успешно проведённую операцию… представить к награждению Орденом Красного Знамени 166-ю стрелковую дивизию".

Александр Лазаревич рассказал нам о командире 423-его стрелкового полка, в котором он служил, Фёдоре Никандровиче Утенкове: "Это был умелый командир, смелый воин. Он отличился во многих боях, и один из первых был награждён полководческими орденами Кутузова и Александра Невского".

Насколько сложна была подготовка советских войск к решительным наступлениям, мы узнали из очерка О. Мунина: "Перед началом штурма мы тщательно изучили систему обороны противника. Предстояло преодолеть девять линий траншей полного профиля с многочисленными огневыми точками, минными полями и проволочными заграждениями в несколько рядов".