TimesHistory

Когда Соловьеву предложили войти в состав контрольной комиссии, он, не раздумывая, согласился.

Иван Алексеевич оказался очень полезным человеком. Так, прежде чем приступать к ревизиям фабрик, он провел несколько занятий с членами контрольной комиссии и рассказал об основах бухгалтерского учета. Впоследствии Соловьева поставят главным бухгалтером Яковлевской объединенной фабрики.

С первых дней контрольная комиссия взяла под свой контроль все вопросы производства: прием и увольнение рабочих, учет материалов и продукции, сбыт. Но владельцы, управляющие, мастера выступили против вмешательства комиссии в дела производства. Вдохновил их известный пример союза фабрикантов и заводчиков Иваново-Вознесенска. Этот союз саботировал «Положение о рабочем контроле» не допуская вмешательства контрольных комиссий в работу предприятий.

В ответ на этот открытый саботаж Совет Народных Комиссаров национализировал фабрики наиболее упорных противников контроля. После этого яковлевские фабриканты уже не пытались открыто выступать против рабочего контроля.

Ревизию решили начать с фабрики Сидорова, так как здесь Соловьев знал все досконально. Первое прикосновение рабочих к вопросам производства было поразительным. Они и ранее знали, что хозяева ведут дела не совсем чисто, но детальное знакомство со всеми сторонами фабричного дела полностью открыло глаза, во время ревизии было «узнано много вещей, которые тщательно скрывались от рабочих вообще и мелких служащих в частности. Это заставило профессиональную контрольную комиссию взять на себя учет фабрик со всем инвентарем, материалами, сырьем, топливом и т. д.»*.

После ревизии стало ясно, что при имеющихся запасах сырья фабрики могут работать не более шести — восьми месяцев.

Сложнее было с продажей наработанного товара, которого скопилось на многие сотни тысяч рублей. Ссылаясь на отсутствие средств, фабриканты отказались платить рабочим зарплату. Нужно было принимать срочные меры. Никакие репрессии в отношении к владельцам на этот раз не помогли бы, так как денег действительно не было.

Распродажей товара занялась контрольная комиссия. Были вызваны служащие московских магазинов и амбаров, принадлежащих яковлевским фабрикантам. Выяснилось, что торговле препятствуют сами хозяева, которые хотят ликвидировать фабрики, обратив их в капитал.

Видя полный застой в торговле, контрольная комиссия разослала своих представителей в разные губернии, и довольно удачно была распродана значительная часть товара. Но денег едва хватило на выплату рабочим за прошедшие месяцы. Будущее, даже самое близкое, виделось неопределенным. Из-за недостатка пряжи пришлось закрыть миткалевое производство на фабрике Сидорова и ажурное — на фабрике Дородновых.

Мефодий Сидоров первым из фабрикантов понял, что рабочие не дадут ни остановить фабрику, ни продать. Видя, что правительство пока не собирается национализировать фабрику, он вновь стал налаживать закупку льна и других материалов, считая, что не так уж важно на кого работать — лишь бы шла прибыль. Но, чтобы развернуть производство и продержаться до осени, до нового урожая льна, нужно было срочно достать не менее двух миллионов рублей. Частные банки и купцы наотрез отказывались предоставлять кредиты, хотя в залог Сидоров передавал товаров на значительно большую сумму. Тогда он решил обратиться в Костромской губернский совнархоз. Ему пообещали помощь и содействие, но при условии, что ходатайство будет совместным — от рабочих и владельца фабрики. Пришлось идти в фабричный комитет.